Базилика Санта-Мария-делле-Грацие  и Тайная Вечеря – Леонардовский Виноградник – Базилика Сан Витторе-аль-Корпо и Императорский мавзолей

 

 

Сегодня я предлагаю вам посетить, не побоюсь сказать, самую достопримечательную достопримечательность города: Тайную Вечерю Леонардо да Винчи.

Скажу откровенно, когда я в первый раз оказалась в полуосвещенном зале лицом к лицу с этой, пожалуй, самой известной в мире фреской, я почувствовала, как от нахлынувших эмоций,  у меня на глаза навернулись слезы…

Как известно,  фреска была заказана Да Винчи миланским герцогом Людовико Сфорца по прозвищу «Моро» (букв. Мавр) и предназначалась для украшения трапезной недавно построенного  доминиканского монастыря. Тема последнего ужина Иисуса со своими учениками как нельзя лучше подходила для монашеских столовых. Почти во всех христианских монастырях имеется своя Тайная Вечеря.

В наши дни этот квартал является одним из центральных и престижных. Тогда же это была незастроенная окраина за городской стеной (город заканчивался сразу за базиликой святого Амвросия) вдоль старой римской дороги, ведшей в старинный город Верчелли.  Именно этот пригород и облюбовал для себя герцог Людовико.

Желая превратить его в вип-квартал для приближенных ему людей, он выкупил несколько гектаров земли, чтобы подарить их особо дорогим его сердцу друзьям и придворным. Дом одного из них, к сожалению, в наши дни не сохранившийся, Галеаццо Сансеверино, с которым Леонардо да Винчи связывала многолетняя дружба, находился в пятистах метрах отсюда: на углу корсо Маджента и виа Кардуччи. В дневниках да Винчи неоднократно упоминаются многочисленные грандиозные вип-вечеринки, в нем устраивавшиеся, и расписанные Браманте конюшни, где Леонардо изучал анатомию лошадей и делал наброски для исполинского конного памятника, заказанного ему герцогом. Согласно мнению некоторых ученых, на написанным Да Винчи портрете музыканта, ныне хранящемся в Амброзианской библиотеке, изображен именно Галеаццо Сансеверино.

Из всех построенных в то время особняков, в силу разных обстоятельств, сохранился только один — находящийся напротив базилики Санта-Мария-делле-Грацие Дом Ателлани, о котором мы поговорим ниже.

Сам Леонардо тоже удостоился герцогской милости и получил в подарок от своего покровителя здесь же расположенный участок земли, на котором впоследствии разбил  виноградник. Но об этом мы тоже поговорим позже.

Вообще Да Винчи был очень близко это предместье. Не только из-за «парти» в доме своего близкого друга, и не только потому что, проведя годы за написанием, Вечери ему волей-неволей приходилось частенько здесь бывать. Именно для располагавшейся здесь поблизости церкви Святого Франциска (находилась она позади базилики святого Амвросия, на месте нынешней казармы карабинеров) им была написана первая, почему-то не пропущеннная цензурой, версия «Мадонны в скалах», в наши дни хранящаяся в Лувре. 

Но вернемся к нашей трапезной, а точнее, к находящейся с боку от нее базилике Санта-Мария-делле-Грацие. Нередко прибегающие взглянуть на всемирно известный шедевр туристы, из-за отсутствия времени или исчерпывающей информации, в ней не задерживаются. Что и говорить, даже во всеобщелюбимом ликбезе под названием Википедия сведений о ней кот наплакал, а посему не совсем понятно, за какие-такие достоинства она вместе с монастырским комплексом  в 1980 году была включена в Список Всемирного Наследия (World Heritage List) ЮНЕСКО как один из лучших образцов искусства Возрождения.

Начнем с того, что, как уже было сказано ранее, церковь эта является частью одноименного доминиканского монастыря.

Первые доминиканцы в Милане появились в 1227 году, всего через 11 лет после основания самого ордена испанцем Домиником де Гусманом Гарсесом (1170-1221). Первоначально в их ведение была передана церковь Святого Евсторгия, в которой они сразу же провели капитальный ремонт и в которой впоследствии, по решению вышестоящего звена, с конца XIII по XVIII век был размещен доверенный им аппарат Священной Канцелярии. Ватикан решил поручить миссию по очистке Католической церкви от разной ереси именно этому ордену не случайно. Ведь уже первоначальное его название Ordo fratrum praedicatorum (букв. Орден братьев-проповедников) уже сам за себя говорит. Так сказать, уже по-определению, эти братья лучше других должны были знать, что соответствовало истинной вере, а что — нет. Как ни странно, но в самый разгар инквизиторского мракобесия, именно этом братству принадлежали такие выдающиеся бунтарские умы как Джордано Бруно и Томмазо Кампанелла… оба плохо кончившие.

В начале XV века укрепившим свои позиции доминиканцам становится тесно и, получив в дар от графа-полководца Гаспара Вимеркате земельный участок в пригороде города с часовенкой Милостивой Богородицы и зданием казармы,  они сразу принимаются за возведение новой обители. Подрядчиком выбирается самый уважаемый в городе зодчий Гвинифорте Солари, занятый также на стройплощадках Домского Собора, Большой Больницы, Павийской Картезии и проч. 10 сентября 1463 года закладывается первый камень, и поскольку щедрость графа Вимеркате не знает границ,  уже в 1469 году братья заселяют монастырь.

Постройку было решено сконцентрировать вокруг трех внутренних клуатров-двориков: перестроенного внутреннего плаца казармы Вимеркате, нового Большого Двора, вокруг которого расположили кельи и примкнувшего к церкви Дворика Мертвых. В 1943 году этот последний был очень поврежден во время бомбардировок союзников. В наши дни можно увидеть его послевоенную реконструкцию.  На обращенное к востоку крыльцо выходят Капитулярный Зал, Локутория (помещение для приема посетителей) и та самая часовня Милостивой Богородицы, которая в ходе строительства сделалась частью церкви.  С северной стороны расположена библиотека, построенная на примере известной библиотеки доминиканского монастыря  Святого Марка во Флоренции, спроектированной Микелоццо двадцатью годами ранее. Южная сторона дворика полностью занята зданием трапезной со всемирно известной Вечерей.

За постройку взялись дружно, одновременно залив фундамент для келий и абсиды церкви. Солари обременять себя новыми изысканиями не стал, благо понастроил он к тому времени в Милане и вокруг уже предостаточно. Он просто приспособил под нужды обители свои же проекты Аббатства Козоретто

Аббатство Казоретто

и Святого Петра в Джессате (находится напротив здания Трибунала на corso di Porta Vittoria).

Сан-Пьетро-ин-Джессате

 

 

Ломбардская мода того времени диктовала приземистый готический стиль. Легко заметить, что ширина треугольного пологого фронтона почти в два раза превосходит его высоту. Внутренняя часть структуры представляет собой три низких, широких нефа с куполом оживальной формы. Для строительства — как и для практически всех ломбардских построек (только Домский Собор возведен из цельных мраморных блоков) — в качестве материала используется то, что есть под рукой. А именно: глина  в виде обожженного кирпича для стен и серый гранит для колонн и капителей. 

Сдержанный декор фронтона выполнен из литых терракотовых рельефов, которые обрамляют круглые окна и арки. К отсутствию каких-либо украшений над боковыми дверями  минимализм никакого отношения не имеет. Дело в том, что  зародившийся в XVI веке стиль барокко настолько пришелся по вкусу церковнослужителям, что они, вдохновленные пышностью его форм, решили переделать практически все готические миланские церкви, как внутри, так и снаружи. Только в XIX веке некоторым из них посчастливилось вернуть себе свой изначальный вид. Но к тому времени многие средневековые скульптуры, украшавшие фронтоны и являвшиеся частью внутреннего убранства, увы, были безвозвратно утеряны (или попросту украдены). К счастью, кое-что сохранилось в музее при замке Сфорцеско.

В XIX веке была произведена капитальная реконструкция церкви под руководством архитектора Луки Бельтраме. Фронтону, как могли,  вернули его первоначальный вид, а под слоем покрывавшей внутренние стены  штукатурки обнаружили декоративные элементы XV века выполненные в технике “сграффито”.

Итак, герцог Милана Людовико Сфорца, уже давно облюбовавший этот пригород, в 1492 году, год спустя после своего роскошного бракосочетания с Беатриче д’Эсте, решает сделать из церкви доминиканцев монумент, полностью соответствующий как его личным вкусам, так и моде того периода, уже широко распространенной в других богатых и прогрессивных городах-государствах полуострова: Флоренции, Ферраре, Мантуе, Урбино и Венеции.

Таким образом, по прошествии всего десяти лет после окончания строительства, начинаются работы по переделке церкви Солари.

Нам не дано знать, хотел ли герцог с самого начала сделать церковь также своим семейным мавзолеем или решение это пришло к нему после преждевременной кончины молодой жены в 1497 году, во время родов. Сразу же после пышных похорон герцогини, Людовико заказывает миланскому скульптору Кристофору  Солари (родственнику Гуинифорте Солари) великолепный саркофаг из белого мрамора, на котором супруги изображаются лежащими на брачном ложе в полный рост. Саркофаг предполагалось поместить на месте захоронения Беатриче, где в наши дни находится деревянный, инкрустированный цветочными мотивами, хор XVI века. Но, как известно, он так и не был использован по назначению. Людовико бежит от французов в Инсбрук, оказывается в плену и умирает во Франции. Саркофаг разбирается на части. Только сто лет спустя, в 1594 году ломбардский аристократ  Ольдрадо Лампуньяни, в знак благодарности герцогам Милана, приобретает уцелевшую крышку и перевозит ее в Павийскую Картезию, где она по сей день и находится. Кому интересно, в московском Пушкинском Музее хранится ее прекрасная гипсовая копия.

Влияние излюбленного герцогом нового стиля легко заметить по порталу, явно отличающемуся от строгого кирпичного фронтона Солари. Две белые мраморные колонны на кубических пьедесталах обвиты двумя резными цветочными «браслетами». Они поддерживают полукруглый антаблемент, украшенный  медальонами с портретами в профиль.

Дверь обрамлена резным мраморным пилястром, на котором не трудно разыскать герб самого Людовика, так называемый «веничек».

Нет единого мнения относительно авторства портала. В силу установившейся традиции, его приписывают Браманте, хотя подтверждений тому не имеется. Как не имеется подтверждений и тому, что сама Трибуна была им спроектирована. Браманте, действительно, в те годы находился на службе у Сфорца и, возможно, его руке принадлежал первоначальный набросок. Но не сохранилось ни смет, ни документов с его подписью. Скорее всего подрядчиком был Джованни Антонио Амадео, архитектор, который внес большой вклад в строительство Павийской Картезии.

Проект реконструкции предусматривал возведение трех-абсидной пристройки с большими окнами, которые позволили бы рассеять мрачную готическую атмосферу  Солари. В качестве росписи была выбрана модная в то время во Флоренции техника “сграффитти”, то есть черно-белые или бело-коричневые «нацарапанные» на белой штукатурке орнаменты. Она представляет собой большой куб с возвышающимся над ней полусферическим куполом. Cвоей конструкцией она напоминает флорентийскую ризницу Сан-Лоренцо Брунеллески или часовню Портинари при церкви Св. Евсторгия в Милане, чей автор тоже с точностью не установлен.

Выбор круга как основного элемента декоративной отделки явно не случаен: круглые медальоны с Учителями Церкви, круглые окна под сводом, колесообразные мотивы над арками…

 

Круг или сфера – это универсальный символ совершенства и всестороннего могущества верховного божества, а колесо вообще за многотысячелетнюю историю вобрало в себя великое множество понятий, и в различных традициях с ним связываются самые разные представления. Это и символ удачи, и переменчивости, и круговорота жизни. В христианстве когда-то имели место колеса-кресты, где Иисус стилизированно изображался в виде внутриколесных спиц. Шестиспицевое колесо, спицы которого образуют монограмму Иисуса Христа, сделал своим личным символом Римский император Константин Великий. После утверждения в 325 году единоличной власти Константина, этот знак, который называется лабарум, утвердился на боевых знаменах императорских войск и стал символом христианской веры в Византии.

С этого времени он присутствует на монетах вплоть до Присциния Аттила и далее у византийских императоров. В наши дни символ колеса как ключевой элемент присутствует на некоторых современных национальных флагах и гербах (например, гербе Украины).

С внешней стороны трибуна выходит на корсо Маджента и виа Карадоссо, а с северной — на грациозный, так называемый, лягушачий дворик, прозванный так из-за находящегося там фонтана. Попасть в него можно из часовни Милостивой Богородицы через новую ризницу. 

Декоративное оформление внешней части из керамических и гранитных элементов является одним из лучших образцов ломбардского искусства эпохи Возрождения, наряду с Павийской Картезией и часовней Коллеони в Бергамо.

Высокий постамент Трибуны, опять-таки, украшен круглыми медальонами с гербами разных ветвей герцогов Сфорца и доминиканского ордена. Чуть выше цветочные мотивы чередуются с бюстами святых. Особенно богато украшена самая верхняя часть, тибурий, двойными окнами, галереей арок и геометрическими фигурами.

В глубине нефа находится старая ризница или, так называемая ризница Браманте. Согласно существующей легенде, за шкафами справа находится потайной ход, вырытый по приказу Людовико и соединявший Замок с церковью. Говорят, что Леонардо Да Винчи нередко им пользовался, расписывая трапезную.

К сожалению, периоду Возрождения в Милане вскоре наступает конец.

Заручившись поддержкой папы Александра VI Борджия и Венецианской Республики, новоиспеченный король Франции Людовик XVII осенью 1499 года  неожиданно нападает на Миланское герцогство и свергает всесильного  правителя. В битве под Павией, преданный своими военноначальниками Людовико был взят в плен и в железной клетке отправлен под конвоем во Францию, где и умер, согласно преданию, от тоски  и унижения.

Наступает новый, XVI век, известный периодом Реформации и Контрреформации. После недолгого просвета на Европу вновь опускается густая мгла религиозного фанатизма.

Милан находится под французами в течение 30 лет, после чего попадает под гнет испанцев, чье правительство оказывается худшим из всех, которые когда-либо выпадали на долю города.

31 октября 1517 года профессор Виттенбергского университета Мартин Лютер прибивает к дверям виттенбергской З

амковой церкви «95 тезисов», в которых он выступает против существующих злоупотреблений католической церкви, в частности, против продажи индульгенций.  Европа оказывается расколотой надвое религиозными противоречиями, обострившими до крайности накал политической борьбы. На севере и в центральной ее части наступает период яростного сопротивления политике вмешательства официального Рима в европейские дела и оказываемой им открытой поддержки консервативным силам, ратовавшим за возврат к средневековым феодальным порядкам. Все это приводит к кровопролитным войнам в Германии, а во Франции — к дикой резне, получившей название Варфоломеевская Ночь. По различным оценкам, в только Париже в тот день погибло около 2000 человек, а по всей Франции в погромах было убито около 30 тысяч гугенотов. Такое количество мертвых христиан, наверное, не снилось ни одному, даже самому жестокому, римскому императору-язычнику. 

Перед католической церковью вновь встает задача борьбы с ересью. Какой уж там Ренессанс! История делает шаг назад, возобновляется охота на ведьм. Костры инквизиции снова вспыхивают по всей Италии. Милан не исключение. Святой Канцелярии, располагающейся в подвалах Св. Евсторгия от скопления еретиков становится тесно, и в 1539 году она переезжает Санта-Мария-делле-Грацие. К трапезной пристраивается еще одно крыло для разросшихся контор Трибунала.  Эта пристройка простояла вплоть до 1785 года и была снесена по приказу прогрессивной австрийской императрицы Марии Терезы после упразднения «Канцелярии».

А искусство? 

Протестанты во главе с Мартином Лютером утверждали, что в основе веры лежит библейское слово. По их мнению, заполонившие храмы произведения искусства только отвлекали людей  и уводили их в сторону от познания истины, склоняя к греховному идолопоклонству. В ответ католические авторитеты заявляли, что сила искусства заключалась в его способности укреплять в людях веру, подавляющая масса которых темна и безграмотна, что художественный образ влияет на толпу куда сильнее, нежели буква и слово, и в храмах под его воздействием она быстрее приобщается к истинной вере и находит путь к Богу.

Для отстаивания своих позиций римская курия умело использовала оружие принуждения и убеждения, прибегая к безотказно действующей политике кнута и пряника. Роль кнута была доверена инквизиции. Это порождало гнетущую атмосферу страха, подозрений и доносительства. Пряником же служили живопись и скульптура, являвшиеся проводниками политики и идеологии католицизма. Они рассматривались как самое эффективное средство воздействия, помогавшее держать массы в страхе и повиновении. Вот почему Ватикан с испокон веков, даже в самые тяжелые времена, не щадил средств на убранство храмов и являлся главным заказчиком разных ваятелей. Конечно же, состоятельные христиане тоже принимали в этом активное участие. Санта-Мария-делле-Грацие не исключение.

С обеих сторон нефа расположено по семь богато украшенных приделов. В Милане между состоятельными семьями постоянно шло состязание. Дабы не умалить свое достоинство, каждому знатному клану хотелось как  можно богаче украсить фамильную часовню, прежде чем отойти в мир иной.

Первый придел справа принадлежит миланскому гуманисту и меценату Паоло да Канноббио (1513-1556). Человек в высшей степени зажиточный, он завещал бòльшую часть своего состояния на постройку школы логики и этики, которая в 1557 году, всего год спустя после его кончины, была открыта недалеко отсюда, на площади св. Амвросия, а позднее переведена на виа делле Оре, рядом с Домским Собором, за Королевским Дворцом. Первоначально часовня была посвящена Святому Петру, чье изображение, выполненное выдающимся художником, учеником Раффаэля, Гауденцио Феррари (с которым мы уже встречались в церкви Сан-Джорджо-аль-Палаццо) находилось над алтарем. После завоевания Милана наполеоновскими войсками в начале XIX векa, полотно было вывезено во Францию и в настоящий момент хранится в городском музее Лиона, а над алтарем помещена сорванная фреска из часовни Милостивой Богородицы. В нижней части фрески изображены хозяева-заказчики часовни —  семейство Вимеркате. Автор этой фрески, выполненной в поздне-готическом стиле, неизвестен.

На стене справа находится надгробный памятник Франческо делла Торре, заказанный в 1483 году.

Делла Торре на протяжении нескольких столетий, с XII по XIV в.в., владели большей частью северной Италии, а в 1197—1277 и в 1302—1311 годах с перерывами даже правили Миланом. Саркофаг украшен барельефами с изображением Благовещения, Поклонения волхвов и пастухов. Работы приписываются братьям Каццанига, одним из самых известных мастеров-каменотесов средневековья.

Второй придел справа посвящен Святому Мартину де Поррес (1579-1639) – священнослужителю и врачу из Перу, монаху ордена доминиканцев, первому мулату-американцу канонизированному католической церковью. В Италии, да и вообще в Европе он малоизвестен, зато очень почитаем в Латинской Америке. Над алтарем находится полотно со святым, выполненное современным художником Сильвио Консадори, а вдоль стен —  четыре кенотафа XVI века. Фреска XVI века с изображением св. Мартино на коне, которая украшала часовню, в 60-ее годы прошлого века была сорвана и перенесена на полотно и в настоящий момент находится в новой ризнице. На колонне справа изображен святой Доминик с крестом.

Третий придел справа расписан неизвестными ломбардскими художниками XVI века. На настенных фресках изображен архангел Михаил, а на куполе – хор ангелов. Роспись боковых люнетов принадлежит сыновьям Бернардино Луини, которые примерно в тот же период расписывали расположенную поблизости церковь Святого Маврикия —  слева «Изгнание непослушных ангелов», справа – архангел Гавриил. На правом пилястре – мученик Антонио из Савиньяно (1374 год).

Четвертый справа придел принадлежал по сей день действующему Братству Святой Короны, в которой оно хранило свою реликвию – шип из тернового венца Христа. Часовня долгое время использовалась для захоронения магистров братства, основанного в 1494 году и чья штаб-квартира в наши дни находится в здании Амброзианской библиотеки.

В 1539 году богатое братство заказало роспись часовни, опять же, Гауденцио Феррари. Это его руке принадлежат настенные фрески «Распятие» и «Се человек» и ангелы на своде (1542).

Надалтарное же полотно было заказано ни много ни мало самому Тициану. Его «Возложение тернового венца»  было вывезено французами в Париж и в настоящий момент хранится в Лувре, недалеко от Джоконды, а на его место повесили «Снятие с креста»  Джованни Баптиста Секко (1616).

Пятый справа придел посвящен основателю ордена доминиканцев святому Доминику. Он был заказан известным в тот период в Милане человеком: Домиником Саули. Доминик Саули был одновременно купцом и политическим деятелем при герцоге Милана, интересовался наукой и почему-то был яростным сторонником объединения двух влиятельных монашеских орденов: варнавитов и иезуитов. Его сын Александр Саули сделался епископом и в последствии был канонизирован.

Шестой придел первоначально принадлежал богатой миланской семье Ателлани, относившейся к числу приближенных к герцогу Людовико. Ателлани были одними из тех, кого Людовико хотел поселить в приглянувшемся ему пригороде и кого он облагодетельствовал, подарив особняк, единственный сохранившийся с тех лет. Находится он как раз напротив церкви. Настенные росписи выполнены братьями Джованни Мауро и Джованни Баптиста, более известными под псевдонимом Фьямменгини. Если вы хотите посмотреть на работы Фьямменгини, советую посетить церковь сан Калимеро, находящуюся между корсо Порта Романа (corso di Porta Romana) и виа Санта София (via Santa Sofia), где они полностью расписали крипту. Надалтарные картины с изображением святых Викентиев — Викентия Мученика и Викентия Феррер, монаха-доминиканца — принадлежат руке художника из Кремоны Кориолано Малагаваццо. На колонне справа находилась фреска с изображением Святого Доминика, которая была безвозвратна утеряна в 1943 году.

Седьмой придел справа посвящен Иоанну Крестителю. Фрески конца шестнадцатого века были выполнены художником-маньеристом Оттавио Семино. Особенно хорошо этот стиль, непосредственно предшествовавший барокко – выражен в росписи роскошной росписи свода. Отдельные сегменты Семино заполняет изображениями разных пророков, а в центр помещает Бога-отца.

Что же касается надалтарного полотна XVI века, она принадлежит руке Марко д’Оджоно, любимого ученика Леонардо да Винчи. На портрете изображен неизвестный заказчик из ордена Мальтийских рыцарей, приклоняющийся перед Иоанном Крестителем. Кстати, один из четырех учеников, стоящих на углах пьедестала памятника да Винчи на площади перед театром Ла Скала – это как раз Марко д’Оджоно .

 

Теперь  перейдем на левую сторону.

Первая слева часовня является ровесницей первоначального проекта церкви Солари. Она была подарена миланским герцогом семейству Болла, члены которого входили в узкий круг доверенных ему лиц. Сильно пострадавшие во время Второй Мировой Войны настенные росписи XV века со сценами из жизни «хозяйки» часовни, святой Катерины, являются старейшими во всей церкви. Их автор с точностью не установлен. Некоторые приписывают их Донато Монторфано, другие — Кристофору Де Моттис. Помимо триптиха XVI века, приписываемого Никколо да Кремона, в приделе находятся работы известного современного скульптора и с 1936 по 1944 директора Академии Брера Франческо Мессина: расположенное на алтаре Распятие и шесть бронзовых барельефов со сценами из жизни святой Катерины.

Четвертый слева придел также был очень поврежден во время Второй Мировой Войны и сюда были перенесены разные кенотафы.

В шестом приделе, полностью восстановленном в послевоенное время, находится полотно «Святое семейство» венецианского художника XVI века Париса Бордоне.

Седьмой слева придел, как уже говорилось выше, являлся той самой часовней Милостивой Богородицы, явившейся ядром постройки новой церкви и от которой новая церковь позаимствовала свое название. В люнете, соответствующем центральному нефу, находится большое рельефное изображение коронации Девы Марии в окружении святой Екатерины и святого Доминика, датируемое 1632 годом.

Над входной аркой, в люнете бокового нефа расположено полотно художника и архитектора Джованни Баттиста Креспи, также известного как Черано, с Девой Марией, освобождающей Милан от чумы. Картина была выполнена в 1630 году, после самой трагической в истории города эпидемии, унёсшей жизнь более 60000 человек. Вот почему на полотне художник решил изобразить такие реалистические детали, как труп ребенка на переднем плане и бубон, выставляемый напоказ женщиной, стоящей позади него. Внутри часовни находится надалтарное изображение XV века Богородицы с заказчиком Гаспаром Вимеркати и его женой. К тому же периоду относится вышестоящая «Вечность, в окружении ангелов». Из-за своего сходства с готическими фресками замка Сфорцеско Сфорцеско, ее приписывают руке Бонифацио Бембо и его школе. Витражи часовни выполнены в 1963 году художницей Амалией Панигати и изображают Благовещение, Рождество, Распятие и Коронацию Богородицы.  

Старая ризница — это большое прямоугольное помещение, из которого можно попасть в лягушачий дворик. Его строительство приходится на последнее десятилетие XV века, период реконструкции Трибуны. Над входным порталом расположен люнет Брамантино с Богородицей в окружении святого Якова и французского святого Людовика IX. По всей видимости, роспись была выполнена между 1499 и 1512 г.г., в период французского правления. Из-за «узла», похожего на тот, которым Леонардо расписал некоторые залы замка Сфорцеско (например, Sala delle Asse), существует мнение, что декоративные мотивы свода были выполнены или самим да Винчи, или по его эскизам. Вдоль стен расположены деревянные шкафы, в которых хранятся облачения священников. Все дверцы украшены картинами начала XVI века с библейскими сюжетами. Створки с правой стороны —  сценами из Нового Завета, выполненные в манере Брамантино, в то время как на створках слева изображены сцены из Ветхого Завета. В завершение, задняя стена ризницы украшена фресками XVI века.

 

Базилика находится по адресу: Piazza di Santa Maria delle Grazie, Milano.

Проезд: Mетро «Cadorna» (красная и зеленая ветки) или «Conciliazione» (красная ветка).

В отличие от «Вечери» вход в нее свободный, и открыта она для посещения:

в будние дни 7-13/15-19.30 (в июле  7-12/16-19.30);

в воскресенье и праздничные дни 7.30-12.30/15.30-21* (*в июле 16-21, *в августе 16-19.30).

 

Что касается Вечери, на ней написано очень много и информацию о ее создании вы без труда найдете в самых разных источниках.

Скажу только, что посетить ее можно только и исключительно по предварительному заказу через интернет на сайте https://www.vivaticket.it/eng/event/cenacolo-vinciano/26482.

Если вы хотите посетить Вечерю, позаботьтесь об этом заранее. Продажа начинается за 2-3 месяца до даты посещения.

Посетив Базилику и быстро взглянув на Вечерю (длительность пребывания перед шедевром составляет всего 15 минут), перейдем дорогу и направимся к еще одному объекту, связанному с Леонардо.

Из Флоренции Лоренцо Медичи «Великолепного» Леонардо да Винчи прибыл в Милан ко двору Людовико Сфорца в 1482 году и пробыл здесь вплоть до 1499 года. В то время и тому, и другому было по 30 лет. Безусловно, этот период явился самым плодотворным в жизни итальянского гения.

Лоренцо «Великолепный», знаток и большой ценитель всего прекрасного, а также тонкий политик, нередко использовал искусство в «политических» целях, «экспортируя» своих художников в качестве послов великой флорентийской культуры. В тот раз, решив сделать подарок своему другу и союзнику, он отправляет в Милан лиру вместе с музыкантом, ее сделавшим. Потом история, в общем-то, известна. Помимо лиры Леонардо преподносит герцогу свою автобиографию, в которой указывает все, на что он способен и поступает к нему на службу в качестве музыканта, а заодно и инженера, художника, скульптора, сценографа и проч., вскоре становясь незаменимым при дворе лицом и любимцем Его Высочества.

В 1495 году герцог поручает ему расписать трапезную монастыря Милостивой Богородицы. Напротив монастыря находится особняк графа Ланди из Пьяченцы. Герцог выкупает его и дарит семейству Ателлани, а земельный участок  в глубине парка площадью примерно в 1 га дарит Леонардо за его заслуги при дворе. Трудно сказать, каким виноделом проявил себя Леонардо, особняк же прославился вечеринками, организованными его владельцами и описанными во многих хрониках того времени, в которых принимали участие самые известные персонажи герцогского двора.

Увы, время увеселений длится недолго. После прихода французов Леонардо оставляет Милан и отправлянтся в Рим, сдав виноградник в аренду отцу своего любимого ученика Джан Джакомо Капротти по прозвищу Салай (Чертенок). Пробыв несколько лет в Риме, Леонардо переезжает во Францию, но даже там не забывает о дорогом его сердцу миланском кусочке земли и в завещании указывает, что одну его половину оставляет Салай, а другую — своему слуге Баттиста де Вилланис. В течение пятисот лет особняк много раз менял хозяев и перестраивался. Несколько лет назад на территории парка  учеными Миланского Университета были произведены раскопки, которые подтвердили наличие в одной его части виноградника. По экзамену ДНК древесных останков удалось установить даже сорт: мальвазия.

В наши дни можно посетить этот удивительный уголок, где при большой фантазии можно себе представить Леонардо, подрезающего лозы и даже купить бутылочку мальвазии.

Один из последних владельцев особняка, известный миланский архитектор прошлого века Пьеро Порталуппи, отреставрировал его в  1940-е гг, придав ему нынешний вид.

Дом Ателлани с прилегающим к нему Виноградником Леонардо да Винчи был открыт для посещений в 2015 году. Находится он напротив базилики Санта-Мария-делле-Грации по адресу Corso Magenta 65. Помимо музея при нем имеется ресторан и дегустационный зал.

Музей открыт с 9.00 до 18. 00. С пн по пт каждые полчаса проводятся экскурсии с экскурсоводом. Последний вход в 17.30. В сб и вс экскурсии отправляются каждые 15  мин. Последний вход в 17.45.

Стоимость полного билета 10 евро. Вход для детей до 5 лет бесплатный. Скидки для детей и пенсионеров.

Доп. информация на сайте: https://www.vignadileonardo.com/en

 

Вдохнув полной грудью воздух леонардовского виноградника, продолжим нашу прогулку и направимся к еще одной малоизвестной жемчужине Милана. По виа Бернардино Зенале (via Bernardino Zenale) выйдем на виа Сан Витторе (via San Vittore) и окажемся перед зданием Музея Науки и Техники им. Леонардо да Винчи, открытом в 1953 году в здании бывшего бенедиктинского монастыря.

Теперь давайте вернемся на два тысячелетия назад, когда в течение почти двух веков, с 286 по 402 год Милан являлся западной столицей Римской Империи.

Как и подобает имперской столице, здесь было все: император, императорский дворец, форум, цирк, театр, бани и, конечно же, мавзолей, который любая уважающяя себя августейшая особа приказывала соорудить для себя, на случай…

Первым императором в Милане после разделения империи был Массимиан. Это по его приказу был построен дворец, цирк, театр, бани.

Было известно, что он также приказал построить для себя мавзолей, но вплоть до середины прошлого века никто с точностью не мог сказать, где он находился. В 1950-е годы  было принято решение передать сильно пострадавший во время Второй Мировой Войны бенедиктинский монастырь Сан-Витторе-аль-Корпо (букв. Святого-Виктора-при-Теле) в ведение новосозданного музея Науки и Техники. С началом строительных работ совершенно неожиданно под слоем земли обнаружили восьмигранную стену, явно относившуюся к периоду Поздней Античности. Она пролегала под зданием одного из корпусов монастыря, пересекала внутренний дворик и и уходила под фундамент близстоящей церкви Сан-Витторе-аль-Корпо. Длина стороны восьмиугольника составляла 42-44 метра.

Таким образом, зародилось подозрение, что речь шла об императорском мавзолее.

И действительно, проведя дополнительные раскопки в подвальных помещениях церкви, были обнаружены останки этой римской постройки. Мавзолей также имел вид октагона со стенами длиной 7,5 м, в каждой из которых располагались ниши, разделенные колоннами. Очень возможно, что постройка внешне напоминала часовню святого Аквилина в Базилике святого Лаврентия, более-менее того же  периода.

Вот как все это могло выглядеть:

 

Несмотря на желание Массимиана увековечить свое имя грандиозной гробницей, старания его, в конечном итоге, оказались бесплодными. Войдя в конфликт с Константином, он оказался в плену в Марселе, где покончил жизнь самоубийством. В Домском соборе Милана можно взглянуть на саркофаг, который Массимиан приказал изготовить для себя из красного египетского порфира и который предполагалось установить в его Мавзолее. После разных перемещений, в конце концов ему нашли применение в качестве купели в главном храме города.

Время шло. Мавзолей, потеряв свою языческую сакральность, был прибран к рукам христианами и приспособлен под церковь. Первые сведения о ней восходят к IV веку как о базилике Порциана, по имени сына зажиточного горожанина  Филиппа Ольдано, который затратил много сил и средств на захоронение первых христиан, в том числе первых миланских епископов: Мирокла (первого епископа Милана, после обнародования эдикта о толерантности) и Протаса. Согласно некоторым литературным источникам, в ней также хранился саркофаг того же периода с останками императора Феодосия I, последнего императора единой Римской империи,  попавшего под влияние епископа Амброзия, и сделавшегося примерным христианином и ярым борцом с язычниками, за что и был после смерти канонизирован. Это Феодосий, обойдя в своем религиозном рвении своих предшественников и, по сути, поправ исконные римские традиции, проповедовавшие религиозную терпимость и эдикт о толерантности, изданный незадолго до него Константином, запретил языческие культы, в результате чего после 393 года перестали проводиться Олимпийские игры. Его деятельность, безусловно, определила направление религиозного развития Европы, за что он удостоился от христианских писателей эпитета Великий. Умер Феодосий в Милане в 395 году, в возрасте 48 лет. Его дочь Галла Плацидия – женщина удивительной судьбы, которой, на своем веку удалось побывать и королевой варваров, и императрицей восточной римской империи. В Равенне до сих пор прекрасно сохранился ее мавзолей, украшенный необыкновенно красивыми мозаиками.

В IX в базилику Порциана было решено  перенести мощи святого Виктора Мавра, а саму базилику расширить. Прибавка  к названию церкви “аль-Корпо” (букв «при теле») , по всей видимости, указывает на находившееся на этом месте кладбище, о чем свидетельствуют многочисленные захоронения, обнаруженные под зданием церкви и на которые можно посмотреть, если вы решите посетить мавзолей.

Святой Виктор Мавр, как и многие первые христиане-воины, состоял в Преторианской Гвардии Римской империи, то есть служил в личной охране императора. Согласно житию, он, ни с того, ни с сего начал оскорблять языческих богов, называя их демонами, и, под конец, в пылу пассионарного возбуждения, признался императору Максимиану в своей христианской принадлежности. После такого откровения его немедленно схватили и призвали образумиться, принеся публичную жертву языческим богам. Делать он это отказался, и тогда его бросили в тюрьму. Каким-то образом ему удалось бежать, но не надолго. Его быстро разыскали и казнили. Считается, что все это произошло в Милане примерно в  303 году.

В 313 году миланский епископ Матерн перенес мощи Виктора на кладбище христианских мучеников в Милане. Вскоре было замечено, что на могиле стали происходить чудеса. В V веке Виктор был канонизирован и над местом его захоронения возвели усыпальницу, украсив ее великолепными мозаиками, как было принято в то время.

Эта усыпальница в настоящее время является одним из боковых приделов базилики святого Амвросия и называется Святой Виктор в Золотом Небе (San Vittore in Ciel d’Oro), поскольку считается, что на куполе изображен сам святой Виктор. Впоследствии мощи были перенесены в базилику Сан-Витторе-аль-Корпо. Амвросий Медиоланский настолько почитал этого мученика, что, написал в его честь гимн и похоронил рядом с ним своего брата Сатира.

В XI веке епископ Милана Арнольфо передал церковь в ведение братьев бенедиктинцев, которые, находясь на пике своего экономического подъема, возвели в непосредственной от нее близости свою новую монастырскую резиденцию.

В XVI веке, структура переходит в руки ордена оливетанцев — ответвления ордена бенедиктинцев. Новые хозяева решают привнести в свой новый дом изменения. Для этого приглашают двух архитекторов – Galeazzo Алесси (занятого на строительстве дворца для Томазо Марино – здания нынешней миланской мэрии, и базилики Санта-Мария-дей-Мираколи) и Винченцо Сереньи (который в те годы также трудился на стройплощадке Домского Собора). 

Глядя на фасад, легко заметить, что он является как бы незаконченным. Согласно проекту, перед главным входом должен был находиться двор, окруженный портиком. Не понятно, по какой причине работы были остановлены.

Что же касается внутреннего убранства, оно, наоборот, удивит вас своей законченностью и пышностью. Сан-Витторе-аль-Корпо, безусловно, является ярчайшим примером миланского маньеризма, стиля, зародившегося в Венеции и непосредственно предшествовавшего барокко. 

Название это было дано ему с легкой руки известного итальянского писателя-биографа Джорджо Вазари, автора знаменитых «Жизнеописаний» — собрания 178 биографий художников эпохи Возрождения —  основоположника современного искусствознания. Описывая работы венецианских художников,  он  выделил некоторых мастеров «новой манеры», которые делали акцент на чрезмерной вольности и экстравагантности, на стремлении к изяществу ради самого изящества, на вычурности и неестественности поз своих персонажей и т.д. Все это вы без труда заметите, зайдя в базилику.

Не будем подробно останавливаться на отдельных приделах. Скажем только, что в декорации церкви приняли участие самые выдающиеся художники того времени: Амброджо Фиджино (современник Караваджо), Даниэле Креспи (расписавшим Картезию в Гареньяно), Энеа Сальмеджа (набросок находящегося в базилике полотна хранится в Амброзианской библиотеке), Эрколе и Камилло Прокаччини .

Очень интересно посетить крипту, где хранятся мощи святого Виктора Мавра и то, что осталось — в основном, структура — от императорского мавзолея и древне-христианских захоронений.

 

Базилика находится по адресу: Via San Vittore, 25.

Вход в базилику свободный и открыта она в следующие часы: пн-чт с 7.30-12:00 и 15:30-17.30; пт 7.30-18.30; вс. 8-13 и 13:30-17:30.

Проезд: метро «Sant’Ambrogio» (зеленая ветка) или «Cadorna» (зеленая и красная ветки).

Расположенный в подвальной части церкви Мавзолей находится в ведении миланского отделения Touring Club и посетить его можно в пт и сб 9,30-17,30; вс 13,30-17,30. Закрыт 1 и 2 ноября. Вход бесплатный.

Закончить эту утомительную, но, надеюсь, познавательную прогулку можно, например, в «California Bakery», пройдя 200 метров по виа Сан Витторе (via San Vittore) в направлении Sant’Ambrogio. Эта кондитерская, наверняка, не разочарует вас своим богатым выбором тортов и прочей выпечки.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *