Что было до Домского собора

Что было до Домского собора-

Обычно все прогулки по центру начинаются от Домского Собора. Мы же начнем ее не от, а под Домским собором.

У конной статуи первому королю объединенной Италии Виктору Эмануилу II спустимся вниз по лестнице, ведущей в метро. Пойдем вдоль стеночки направо и остановимся, не дойдя метров пяти до киоска с сувенирами. С левой стороны от нас, за стеклом, будет находиться фрагмент римской дороги, пересенный сюда с близлежащей площади Кордузио, обнаруженной во время строительства метрополитена,

Милан, останки римской дороги

а с правой, тоже за стеклом — какие-то руины с мозаичным полом.

Милан, Санта-Текла

Люди редко останавливаются у этого плохо освещенного и плохо обозначенного окошка. А жаль. Ведь не простое это место!

Попробуем вообразить себе, как могла выглядеть домская площадь лет так тысячу лет назад. Что здесь было до Домского собора.

Скорее всего, на ее месте был дубово-вязово-ясеневый лес с многочисленными источниками струящейся кристально чистой воды… В этом идилически прекрасном месте кельты, руководствуясь советами друидов, известных своим экстросенсорным восприятием мира, возвели святилище «кромлех», типа всемирно известного Стоунхенджа, посвятив его богине огня Белисаме. Несколько веков спустя, на месте кельтского Стоунхенджа римляне построили свой языческий храм Минервы, а уже после них христиане использовали его фундамент под свою базилику святой Феклы, чьи руины и находятся перед нами за стеклом.

Нет документов, указывающих на связь мученицы Феклы с Миланом, но интересна эта тридиция миланцев доверять свою судьбу женским божествам: Белисама-Минерва-Фекла…

По мнению некоторых ученых, базилика была заложена в 345 году по приказу римского императора Костанта I (сына Константина I) как Большая Базилика (Basilica Maior) или Новая Базилика (Basilica Nova), потому как старая, одна из первых христианских цервей, в Милане уже имелась. Официально она называлась Санта-Мария-Маджоре, а в народе — Старая Базилика (Basilica Vetus). Потому что построена она была лет на 30 раньше. Находилась она на месте абсида нынешнего Домского Собора. В старой базилике молились зимой, а в стоявшей напротив ее святой Фекле — летом.

Вот так она могла выглядеть, согласно реконструкции художника Франческо Корни. На его сайте, кстати, можно найти много интересных исторических реконструкций, которые дают нам представление о том, какими могли быть те или иные строения, от которых в наши дни, зачастую, увы, осталась лишь груда камней.

А реконструкцию того, как выглядела площадь Домского собора до постройки Домского собора можно увидеть на этом очень интересном сайте.

На месте площади находились две церки, а между ними крестильня Св. Иоанна при источнике.

Опять же, согласно реконструкции Франческо Корни:

Обратите внимание на уровень пола античного храма по сравнению с уровнем площади Домского Собора. Естественно, никто старую церковь под землю не закапывал. Это — так называемый, «культурный слой», который сам по себе образуется на месте поселения в результате жизнедеятельности людей и по которому можно судить, где находился уровень города в момент строительства здания.

Интересно, что когда началось строительство Домского Собора, Старая Базилика еще длительное время оставалась действующей. Ее просто постепенно окружали каменной кладкой намного более просторной новой постройки. Базилику разобрали по окончании возведения основных стен и крыши нового собора.

Что же касается баптистерия св. Иоанна,  построен он был между 378 и 397 г.г. и крестили в нем, по всей видимости, только представителей мужского пола. Достоверно известно, что именно здесь, на Пасху 387 года, епископ Амвросий Медиоланский покрестил Блаженого Августина.

Останки его тоже можно увидеть, спустившись по ступенькам справа от входа в Домский Собор. Несмотря на то, что от самой постройки осталось совсем немного, все равно любопытно взглянуть на восьмигранную структуру бассейна, который наполнялся из бивших здесь же в те времена источников.

Что же касается самого Амвросия, сделавшегося епископом Милана до принятия им самим христианской веры (вот такие случаются парадоксы!), согласно преданию, сам он был крещен в более старой крестильне  — Баптистерии св. Стефана, обнаруженном в 1899 году в северной части Домского собора (там, где находится лифт, чтобы поднятся на крышу).

Нельзя не напомнить, что официально гонениям на христиан был положен конец официальным документом, изданным именно в Милане. В 313 году римским императором Константином, впоследствии прозванным «Великим», был издан эдикт о религиозной терпимости. Даже если этот документ и не превращал христианство в официальную религию империи, он все равно являлся первым к этому шагом. Все, наверное, помнят нашумевший в свое время роман Сенкевича «Камо грядеши». Так вот, именно с этого момента запрещалось христиан преследовать и отдавать на съедение диким зверям. Хотя, согласно имеющимся сведениям, за три века римляне-язычники убили и замучили в три раза меньше веровавших в Христа, чем они сами это сделали за одну Варфоломеевскую ночь…

Эдикт был подписан Константином, являвшимся императором Восточной части Империи и основателем Константинополя, и Лицинием – императором его Западной части, в Императорском Дворце в Милане.

Здесь, не вдаваясь слишком в подробности, следует заметить, что эдикт был подписан вовсе не как результат внезапно вспыхнувшей доброты душевной и христианского самосознания императоров.

После гибели всех остальных императоров, Лициний и Константин остаются единственными владыками римского мира. Сразу после подписания эдикта Лициний женится на Констанце, родной сестре Константина и вступает в войну с Максимином, который владел Сирией и Египтом. Одержав над ним в 313 году победу, он становится владыкой большей части Империи, вызывая зависть у Константина. В 314 между зятьями вспыхивает война, которая заканчивается только в 324 году полным разгромом Лициния. Константин отправляет его в ссылку в Салоники, а затем приказывает зятя задушить.

Константин вошел в историю как первый император-христианин, хотя крещение он принял лишь на смертном одре, в возрасте 65 лет…

Как бы там ни было, вдоволь подзарядившись от этого энергетического пупа города, наступил момент подняться наверх.

МиланПешком

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.